Если бы Вы вернулись в прошлое, Вы бы выбрали снова работу судьи?
Если говорить ретроспективно, то, на мой взгляд, момент выбора профессии включал в себя два аспекта: приходилось ли вообще выбирать (а если да, какие были альтернативы) и чем было обусловлено принятое в итоге решение?
Судьба связала меня с судебной системой на самом раннем этапе моей профессиональной деятельности — практически сразу после окончания университета. Едва я получила диплом, мне предложили стать преподавателем юридического факультета моей альма-матер. Меня интересовало международное право, международное частное право, международный гражданский процесс, конституционное право зарубежных стран. Преподавательская и научная деятельность тоже казалась увлекательной: это была середина 1990-х гг., правовая система нашей страны во многом только формировалась, и перед учеными и практиками — а сотрудники юридических факультетов тогда очень активно привлекались к решению самых актуальных практических проблем — стояли весьма нетривиальные и амбициозные задачи.
Во время учебы в университете состоялась знаковая в моей судьбе встреча с доктором юридических наук, профессором международного права, судьей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (ВАС РФ) Татьяной Николаевной Нешатаевой, которая стала моим научным руководителем, наставником, большим другом и, конечно, Учителем.
Татьяна Николаевна — человек очень высокой эрудиции, настоящий ученый, большой патриот нашей страны — всегда, даже в то непростое время, направляла свою деятельность, как и деятельность своих учеников, на решение конкретных задач, предполагающих развитие нашего государства, совершенствование его правовой и судебной систем, создание экономического правосудия, укрепление международно-правовых позиций нашей страны, углубление науки международного права. В 1997 году она и меня пригласила создавать и развивать международно-правовое направление в системе арбитражных судов Российской Федерации.
Конечно, я однозначно согласилась. Так началась моя работа в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации и системе арбитражных судов России в целом. Важность развития данного направления понималась и поддерживалась руководством Суда, его первым Председателем Вениамином Федоровичем Яковлевым. Такая работа представлялась очень перспективной и интересной, созидательной и, что немаловажно, связанной с любимой сферой юриспруденции. Так что в тот момент состояния выбора у меня не было. Вариант развития карьеры казался единственным.
И это решение оправдалось. Годы аналитической работы в судебной арбитражной системе были очень насыщенными и плодотворными. Выстраивалась сама система, формировался арбитражный процесс, складывалась практика разрешения экономических споров, создавалось экономическое правосудие в нашей стране и на основе практики арбитражных судов сфера экономического права в целом.
Главнейшей и одновременно одной из самых амбициозных целей, в реализации которых мне удалось участвовать вместе с коллегами, была подготовка действующего и в настоящее время АПК РФ 2002 года.
Почему эта цель — главнейшая? Потому, что без надлежащей процессуальной формы судебного разбирательства защитить и восстановить права участников экономического оборота невозможно. Почему она амбициозная? Потому что, как я уже сказала, мы стремились имплементировать в российскую правовую систему самые современные процессуальные стандарты, которые знает мир. Для этого велась большая аналитическая, сравнительно-правоведческая работа, изучался иностранный опыт, практика и процедуры высших судебных инстанций иностранных государств.
Проект кодекса обсуждался с иностранными учеными и практиками на площадках специализированных международных организаций. Высокой оценкой работы стало признание иностранными специалистами, в том числе представителями Совета Европы, АПК РФ как лучшего процессуального кодекса Европы соответствующего периода.
Действительно, нам удалось создать в отечественной правовой системе процессуальную форму защиты экономических прав, нацеленную на выявление в результате последовательных и необходимых ординарных и неординарных процедур существенных правовых ошибок и на формирование в результате их исправления единообразных правовых позиций. Нормы Кодекса закрепили современные правовые подходы к стадиям процесса, в том числе к производству в высшей судебной инстанции, к процедуре доказывания и применения обеспечительных мер (впервые в российской системе появилась процедура применения предварительных обеспечительных мер); были разработаны специализированные разделы о взаимодействии государственного правосудия и третейского разбирательства, в том числе международного коммерческого арбитража, введена развернутая процессуальная форма разрешения споров с участием иностранных лиц. Конечно, я считаю, что и сейчас нашей приоритетной задачей должно быть сохранение столь ценного достижения отечественной правовой системы, как специализированная процессуальная форма разрешения экономических споров, и ее дальнейшее развитие в соответствии со стандартами, вырабатываемыми в современном мире.
Не менее важная работа, которой мне довелось заниматься, — анализ и обобщение судебной практики по вопросам разрешения споров с участием иностранных лиц, применения норм международного права, в том числе Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, в судах Российской Федерации, а также практики по вопросам третейского разбирательства, защиты интеллектуальной собственности, применения норм Арбитражного процессуального кодекса, принятия обеспечительных мер, вопросам торгового мореплавания и др.
Полагаю, что судебная аналитика важна и для сторон конфликтов, и для самой судебной системы, поскольку она обеспечивает разумные ожидания участников споров и единообразие судебной практики. Я до сих пор стараюсь уделять особое внимание этому аспекту работы — конечно, в отношении тех проблем, которые относятся к сфере моей специализации. Эту позицию разделяет и руководство Верховного Суда Российской Федерации, поддерживает Председатель Суда Вячеслав Михайлович Лебедев.
В последние годы ведется активная судебно-аналитическая работа по отдельным направлениям международно-правового профиля, например приняты Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по проблемам международного гражданского процесса — о рассмотрении судами экономических споров с участием иностранных лиц, о разрешении таможенных споров в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, о компенсации за нарушение права на разумные сроки судебного разбирательства и права на исполнение судебных актов в разумный срок. В 2019 году, впервые в истории правовой системы Российской Федерации, приняты Постановления Пленума о международном частном праве и о выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража.
Важнейший опыт, который ценен в моей деятельности судьи и сегодня, мне также удалось приобрести благодаря представлению интересов Российской Федерации и судейского сообщества России в международных организациях, специализирующихся на вопросах права и экономики, при подготовке проектов международных договоров и рекомендаций, обсуждении международных стандартов, в том числе касающихся статуса судей, при разрешении международных, межгосударственных споров, создании новых межгосударственных объединений на постсоветском пространстве, включая международные судебные органы.
Все это — ключевые направления моей работы досудейского периода. Они были направлены на обеспечение правосудия и в то же время особо акцентировали для меня ценность правосудия и важность судейской работы. Поэтому, когда в 2010 году мне поступило предложение от руководства Высшего Арбитражного Суда — от его второго Председателя Антона Александровича Иванова, — об участии в конкурсе на должность судьи Суда, я восприняла данное предложение как большую честь и ответственность, но вместе с тем и как возможность применить накопленный опыт для разрешения споров, дальнейшего развития правосудия в нашей стране. К тому времени у меня уже сложилось понимание — и знания о зарубежных судебных системах подтверждали это, — что судебная работа — вершина юридической карьеры.
Какие факторы в работе судьи формируют уважение и доверие к суду?
Знакомые, участвовавшие недавно в гражданско-правовом споре, с восхищением описывали мне судью, рассматривавшую их дело в первой инстанции: «Она три часа разбиралась с нашим делом!»
Полагаю, что, кроме высокого профессионализма и глубоких знаний, для судьи очень важно быть неравнодушным. Желать «дойти до самой сути» в каждом деле. Это субъективные факторы.
Объективные факторы также имеют значение. Среди них я бы выделила три: специализация правосудия (это вообще залог качества), уважение к судебной власти со стороны иных ветвей власти и надлежащее материальное обеспечение правосудия.
Есть еще субъективные качества, помимо названных Вами, которые необходимы судье для профессионального осуществления правосудия?
Этот вопрос — один из самых дискуссионных в теории правосудия, особенно в свете исторического развития нашей судебной системы.
Для профессии судьи, как и для многих других профессий, психологические качества имеют серьезное значение.
Учитывая, что в большинстве случаев судья имеет дело с потерпевшими, пострадавшими, ущемлением прав, сам по себе он должен быть очень сбалансированным, уравновешенным человеком, умеющим сохранять эмоциональную нейтральность, в том числе при рассмотрении спора. Однажды очень уважаемый и очень опытный судья международного суда, ранее судья верховного суда своей страны, признанный в мире профессор международного права еще до моего назначения на судейскую должность сказал мне: «Пока судья в заседании, на его лице не должно быть ни одной эмоции». Вот это — высший пилотаж судейской работы. Стараюсь следовать совету.
Вопрос о том, кто может претендовать с точки зрения профессиональных качеств и предыдущего опыта на должность судьи, волнует меня давно. И это не просто праздное любопытство. Мы с коллегами проводили по данной теме исследования, в рамках судебно-аналитической деятельности изучали опыт формирования судебных систем, в том числе высших судебных инстанций, зарубежных стран. И заметили, что высокий авторитет правосудия и высшей судебной инстанции, качественная судебная практика, основанная на теоретических исследованиях и практическом опыте, характерны для тех государств, где высшие суды формируются из примерно пропорционального соотношения представителей профессионального судейского сообщества, научной общественности и представителей иных юридических профессий.
Какие качества Вы хотели бы развить или улучшить в себе?
Иногда в судебных заседаниях необходимо быть достаточно строгим, но при этом оставаться безэмоциональным. Это непростая задача, которая требует усилий. Стараюсь учиться у более опытных коллег.
Иногда вижу, что судьям, которые приходят из нижестоящей инстанции в вышестоящую, сложно адаптироваться к новой работе. В высшей инстанции иные задачи — исправление существенных судебных ошибок, развитие права. Избавиться от привычки действовать в вышестоящей инстанции по правилам ординарной — нелегкая задача.
Как избежать профессионального выгорания и профессиональной деформации в профессии судьи?
Запретить судьям в отпуске заниматься работой.
Cчитаю, что вопрос о профессиональном выгорании судей требует системного и глубокого подхода, серьезных организационных мер, поскольку его возникновение напрямую зависит от несоразмерной судебной нагрузки, возложенной сегодня на судей. Это задача, решение которой должно носить приоритетный и первоочередной характер.
Была бы полезной смена направлений деятельности. Например, зарубежный опыт подтверждает, что во время повышения квалификации целесообразно заниматься не только своей профессиональной сферой, но и иными областями — слушать лекции об искусстве, экономике, заняться танцами, музыкой, обучиться рисованию.
Как Вы относитесь к профессиональным династиям?
Вопрос о профессиональных династиях стал просто-таки болевой точкой на последнем этапе развития судебной системы. Искаженное понимание конфликта интересов, сложившееся в недавние годы, негативно влияет на совершенствование правосудия в России. А сложилось оно в силу непонимания комплексного механизма развития правосудия, той модели сдержек и противовесов, которая балансирует разнообразные конфликты. Эта модель вырабатывалась веками и стала международным стандартом, признанным в мире и не требующим изобретения новых велосипедов. Не соответствующие мировому и предшествующему отечественному опыту подходы нуждаются в срочных коррективах, иначе их применение приведет к плачевным результатам, самый очевидный из которых — минимизирование притока профессиональных кадров.
Главное средство борьбы с конфликтом интересов, которое уже давно является глобальным стандартом, — это институты самоотвода (субъективного контроля судьи за ситуацией) и отвода судьи (объективного контроля сторон за ситуацией).
Поэтому я не вижу ничего крамольного в судейских династиях при соблюдении принципов судебной этики (служебного подчинения, конфликта интересов на основе пересмотра судебных решений или работы в суде одного уровня и т.п.).
Но сама я первый юрист и, соответственно, первый судья в моей семье. Может, случится быть и родоначальником династии.
Если говорить о династиях, сталкивались ли Вы с конкуренцией судейских карьер — например, между супругами или между родителями и детьми?
Приходилось наблюдать подобные случаи. Зачастую один из супругов просто выбирал иную профессию. Кстати, нередко уступали мужчины.
Получается, работа судьи стирает ту женскую готовность уступать, которая всегда так ценилась в обществе?
Думаю, готовность идти навстречу, как и другие традиционно приписываемые женщинам качества, не связана с работой. Достаточно вспомнить историю — скольким императрицам приходилось выполнять функции верховных судей. И это совершенно не меняло их женской сути.
Вероятно, быть мужем женщины-судьи непросто. Высокая загруженность и нацеленность на постоянное принятие решений накладывают свой отпечаток на поведение женщины в целом.
Ужиться с судьей получается не у всех, только у мудрых. В то же время судья — это человек, который умеет находить баланс во всем, в том числе и в личных отношениях. Главное его поймать.
Как Вы выстраиваете отношения со своими сотрудниками? Как выглядит идеальный «офис судьи»?
Учитывая разные полномочия судов различных инстанций, подходы к организации «офиса судьи» в них также могут различаться. На мой взгляд, «офис судьи» в высшей судебной инстанции должен объединять экспертов-аналитиков, специалистов в соответствующих сферах отношений. Ведь задача высшей судебной инстанции — это развитие права, поиск решений для самых актуальных проблем судебной практики, для восполнения пробелов в праве. Именно такой подход к организации работы запомнился мне во время изучения принципов деятельности высшей судебной инстанции одного из зарубежных государств, где правосудие весьма почитается. Там на должность судебных аналитиков, помощников и советников судей (судебных клерков) по конкурсу отбираются лучшие выпускники юридических факультетов. Но и их работа оплачивается должным образом, а авторитет признается в юридическом сообществе, они известны и уважаемы как в среде юристов, так и в обществе в целом, не менее, чем судьи.
Стараюсь примерно так же выстраивать работу своих помощников, нацеливаю их на глубокий анализ проблемных ситуаций, изучение зарубежной практики по аналогичным проблемам, исследование социальной подоплеки дела.
Как Вы готовитесь к рассмотрению дела?
В целом я изучаю проблемные аспекты дела трижды: первый раз при решении вопроса об истребовании дела, второй — при решении вопроса о передаче дела на рассмотрение судебной коллегии и третий — при подготовке к судебному заседанию коллегии. Конечно, формулирую важные для вынесения решения вопросы.
Часто ли посещаете театры, концерты, выставки?
Стараюсь делать это регулярно. Например, мне очень понравилась недавняя выставка собраний семьи Щукиных — я побывала на ней несколько раз. Еще очень рада была возможности увидеть работы И. Репина и В. Поленова в рамках специализированных выставок.
Какую последнюю книгу Вам удалось прочесть? Или какой фильм удалось посмотреть?
Стараюсь не оставаться в стороне от новинок литературы. Из недавно прочитанных книг могу назвать «Срединную Англию» Д. Коу: в ней показан современный взгляд на события, происходящие в Великобритании и Европе в целом.
Если же говорить о современной отечественной литературе, то меня впечатлили работы Г. Яхиной и Е. Водолазкина. В свое время я изучала филологию, училась на специализированном отделении лицея, поэтому всегда обращаю внимание на язык произведений. Мне нравится, что книги этих двух авторов, помимо интересных сюжетов, отличаются высокохудожественным языком.
Из последних фильмов показался достаточно неплохим «Форд против Феррари». Насторожил «Джокер», но думающим людям, полагаю, все же стоит посмотреть.